С именем французского писателя Жоржа Сименона связано особое направление внутри детективного жанра - социально-психологический детектив.

Сименон известен у нас давно. По количеству изданных на русском языке романов и их тиражам он по-прежнему опережает Агату Кристи. Но, отличаясь редкой даже среди детективистов плодовитостью (им написано более двухсот романов и повестей), Сименон никогда не успокаивался на достигнутом. Он дебютировал в 20-е годы, писал рассказы для парижских журналов. Тогда же опубликовал несколько детективных произведений. В 1931 году увидел свет его первый роман о комиссаре Мегрэ - "Питер Латыш", - который станет главным героем восьмидесяти с лишним книг Сименона.

Сименон писал не только чистые детективы, но и произведения, посвященные драматическому уделу личности в буржуазном обществе (сам он именовал их "трудными романами", так как они задавали трудные вопросы о качестве жизни и идеалов западного человека). Во многом благодаря этим книгам его порой сравнивали с такими мастерами прозы XX века, как Франсуа Мориак и Грэм Грин. Но все же главная удача Сименона связана с образом комиссара Мегрэ.

Как и положено Великому Сыщику, он умеет распутывать совершенно безнадежные дела, но не числом блистательных побед запоминается этот персонаж. Его отличает умение сострадать неудачникам и аутсайдерам. Нередко, найдя преступника и отправив его "куда следует", Мегрэ испытывает странное чувство ненужной победы. Он выполнил свой долг, закон восторжествовал, но комиссар полиции не уверен, что восторжествовала социальная справедливость. Его отличает подозрительное отношение к миру богатых, в котором он видит питательную среду преступности, силу, которая способна разрушить личность.

Описывая его методы, многие критики сходились на том, что традиционный для англоязычного детектива середины века логический подход заменяется у Мегрэ интуитивным. Недаром этот персонаж порой говорит, что он "не думает" - к выводам он приходит не путем дедуктивных выкладок, а ставя себя на место потенциального преступника, представляя себя в его шкуре. Как и его предшественник - честертоновский отец Браун, Мегрэ, наверное, мог бы сказать: "Я не рассматриваю человека снаружи. Я пытаюсь проникнуть внутрь". Удачно найденный Сименоном характер оказывался тем стержнем, вокруг которого могли группироваться криминальные события самого разного рода. Обаяние персонажа порой бывало способно вытянуть не самую удачную фабулу, заставить читателей забыть натяжки и просчеты. Многие истории о Мегрэ экранизированы.